Vjacheslav (catlongtail) wrote,
Vjacheslav
catlongtail

Один день 40 лет спустя.

Среда выдалась свободной совершенно, и я решил поехать и найти место, где мне меняли пеленки (памперсов тогда не было).
Все осталось как было.

Комарово.
Кавалерийская улица.
Когда-то, 40 лет назад, на этой улице вечером (а в августе было уже темно - хоть глаз выколи) горел только один фонарь - наверху горки.
Мы с мамой приезжали чуть не на последнем поезде и меня вели домой, на залив.
А я трындел чего-то и отбивался от комаров.




Затем улица спускалась к заливу.
Когда было тихо, он там просто дышал где-то далеко, за деревьями.
Когда был ветер или шторм, его было слышно с самого верха горки.
Это был очень таинственный и очень суровый шум – словно непрекращающийся разговор воды с небом.



Внизу, под горкой, была (и есть – ровно как 40 лет назад) дорожка, которая вела налево, к полянке.
Полянка была ровная, как газон, поэтому там мы с бабушкой долго играли. Бабушка или мама сидели на корнях на берегу ручья и что-нибудь либо вязали, либо читали. Бабушка, в общем, не очень читала, а мама – очень.





В ручье я пускал кораблики. Иногда из веток, а иногда – были у мня такие пластмассовые катерки, они плавали с берега на берег и перевозили людей. Или с работы или на работу или путешественников всяких к Дальним Кустам.





Однажды мама заболела и ей прописали пиявок. Пиявки остались лишние и просто так их выплеснуть ни у кого не поднялась рука.
Меня попросили отвезти пиявок к ручью и выпустить их туда.
Я внимательно посмотрел – нет, нет там никаких сейчас пиявок, ни внуков ни правнуков.
Видимо, их съели мокрицы, они там есть.




Дальше дорога выходит почти к заливу.



Слева стоит полузаросший сейчас дом – бывший когда-то не то детским садом, не то дачей.



А направо идет тропинка между двух небольших горок.
Мама когда-то говорила, обычно в три часа дня примерно – «Слава, сходи набери грибов на ужин».
И мне почти всегда это удавалось – тогда, в те времена, сыроежек там было полно.
И вечером над домиком (а он был крохотным) и над окрестностями плыл запах жареной картошки с грибами.



Над этим озерком торчала труба водяной колонки.
Колонки не осталось, а озерцо – осталось.
Вода была чистейшая, ледяная даже в самый жаркий день.



А вот то, что над крышей каменного погреба росли деревья, меня и тогда очень удивляло.
Погреб не изменился – каким он был, таким он и остался.
Правда, вместо бревна прежде была деревянная дверь.



А вот здесь, между деревьями, был крохотный домик – веранда – времянка.
Там была керосинка, электрическая лампочка, а вход в него бабушка выстилала папоротниками.
От домика вообще ничего не осталось, никаких следов.
Было бы странно, если б было иначе, он и тогда производил впечатление доживающей свой век, очень ненадежной конструкции.



А дальше был залив.
Вот на этом берегу я и провел все свои семь первых лет жизни (летом), ковыряясь в песке, учась рисовать, строить замки и пускать корабли.
Там была первая мель, вторая мель и третья мель.
Можно было очень далеко зайти в залив и воды было только по пояс.



Странное чувство там - словно вот того маленького человека, лет пяти-семи, я помню.
А вот того, что постарше - очень неотчетливо.
Хоум, свит хоум. )))

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments