May 25th, 2009

twins

***

Вчера вышел на улицу, погулять вечером. И заметил, что мир изменился - листья. Так давно не было слышно их шума.
А теперь шумят. Странное ощущение живого мира - немного отстраненного и какого-то светлого, что ли -- вспоминаются ощущения детства - фары автомобилей, странно выпадающие из логики мира - недолговечный свет, но, усилиями человеков прошедший сквозь десятки лет.
Мне вспомнились дети - много-много детей, мы катались на львовском автобусе, громыхающем вентилятором и пускающим струю раскаленного воздуха под заднее сиденье, где и оставались места только - вечером - в Питере. Где этот мир? Не отстранившись ни на шаг, он стал дальше. Я думаю, если кому-то очень надо будет, всегда есть куда возвращаться. Может быть, только листья, коснувшиеся виска и вправе возвращать - туда, откуда уходят - к дому. К вечерам -- когда - один, одни, одиноки. В дни желтых одуванчиков и светло-зеленой приземистой травы. Где все равно -- кто прав, кто виноват, где не судят, а... чувствуют. В живом городе -- живые люди. Мне стало интересно вдруг - кто их выпихнул? Туда -- за небо, где смотрят -- вдаль, решая, есть ли они тут. И решив, уходят или возвращаются. Земля и город - маленькая планета и нагромождение камней -- и... ты. Ну иди уже, иди. Хватит падать, нос будет как у семита. Как у семита? Да нет, пожалуй совершенно жульнический арабский нос. Что, впрочем, одно и то же.