June 5th, 2009

twins

***

Еду в метро к Даше, чтобы решить, как все-таки снимать клип. Решили. Еду в метро - старушка-попрошайка. Собирает, истово крестится деньгами, тычет в лицо Иисусом, чтобы понимали, что не просто так, а за ради Бога. Но не перебирает, все отчетливо и аккуратно. Я еду и думаю, что остается после Рета Батлера, ибо насущно. Все говорят, раз Рет, то крыса должна в сухом остатке выйти. Да вот ещё, это крысу любят, потом, когда она уже насилует сардельку в холодильнике, любят гораздо меньше. Любой Рет до первого носка - потом идиотизм медленно проходит. Потом, правда, назад обычно начинается. Потом проходит. Потом опять начинается. Ну, до полного маразма. Но что-то же должно оставаться, что? Не бывает так, чтобы подмело и ничего не вложило взамен. Старушка подходит к выходу, начинает ругаться - эгоисты все, все только о себе думают (ага, нет вокруг благородных людей), ворчит, ворчит, ворчит. Что ворчит - непонятно - твани за две минуты - чтоб я так жил, так жил бы уже в отдельном особняке. Я думаю что же остается от Батлера-то? Она (поднимая глаза - о, блин те же огромные и честные) отчетливо произносит:
- Я.
Пробивает холодным потом. Ну да. Именно что - ты.
Только в России, наверное, в тяжелые времена нечего сварить кроме супа из горбуши.
reading

***

Хроника просто. Но, правда, с английским переводом. Мне любопытнее и любопытнее. Пока наглости и напора хватало их никто не мог остановить. А потом щёлк - просто стало понятно, что так дальше нельзя. Не было особого прорыва ни в технологиях ни в вооружении. Но они все пошли ко дну за несколько месяцев. Я чаще и чаще думаю что человек может что-то не делать почти бесконечно. Пока от этого "бесконечно" не останется месяц. И он, конечно, не успевает. Или успевает плохо. Или... Они всплывают через много-много лет. Вназад.