October 22nd, 2009

reading

***

А ведь действительно есть грань за которой железо уже не ранит - совсем.
Я посмотрел сегодня на себя и подумал - мне ведь всего 42. Это никак не могло случиться так рано. Это должно случаться с человеком в 55, ну, в 50. Так получается всю жизнь - слишком рано всё, я не готов. Снова не готов.
Я всегда буду, видимо, не готов. Интересно, сколько ещё жизней прожить придется.
Пусть будет тут снова, угу, я тоже все равно не знаю ничего другого.

reading

Мысли

Дело в том, что они иногда ходят в гости друг к другу. Мысли. Некоторые долго очень стучатся, так что в голове начинает отдаваться стуком. Некоторые простые, как дваждыдва, но не четыре. Некоторые только делают вид, что мысли, а на самом деле вовсе и не мысли.
Некоторые садятся друг напротив друга и долго смотрят друг другу в синапсы, а некоторые вообще смотрят в сторону, им стыдно. Бывает что одна мысль бродит-бродит и заходит в гости ко всем последовательно, её начинают гнать взашей, но ей некуда идти, она ходит и разговаривает сама с собой.
Ещё есть мысли, которые вырастают из головы и живут снаружи и сами по себе, человек тогда часто чешет лоб или затылок.
И редко моет голову.
Есть мысли, которые живут в своих домах и просто занимаются домохозяйством. Есть мысли, которые делают всем больно, есть мысли-врачи и есть мысли-убийцы. Есть мысли-дети, они не думают, они просто знают и молчат. Есть те, кто любят, они бездомные, их все время зовут на чай, но они боятся себя думать.
- Хочешь чаю?
- Хочу, конечно. Сделай четыре пакетика, я не очень крепкая.
- Ты никогда не была особенно крепкой, я даже иногда не могу понять как мы могли родиться в одном и том же доме.
- Я не знаю, почему так вышло.
- И не вышло ведь.
- Сделай чаю покрепче, я прошу тебя. Четыре пакетика. И открой окно, пожалуйста. Пусть будет ветер.
- В голове всегда ветер, а чаю я тебе сделаю, но ведь ты будешь долго разговаривать и долго думать себя, так ведь?
- Угу.
- Ты никогда не думала о том, чтобы отдохнуть и стать как все- спокойной и уверенной в себе?
- Тогда я буду совсем одна. Сестренка, как ты не понимаешь?
- Может быть и лучше быть - одной? Я часто думаю себя и мне чаще и чаще кажется, что так действительно лучше. Никому ведь не больно от того, что я есть. И меня не вспоминают. И мне спокойно. И у меня есть мой дом, моё окно в ветер и мои соседи. Они пустые, но какая разница? Когда я захочу я наполню их и поиграю с ними.
- Я не умею играть, ты же знаешь, сестренка.
- Но, может быть этому стоит научиться? Ты ведь пропадешь так или тебя разорвут на маленькие глупые мысельки.
- Пусть так.
- Пусть так. Возьми свой чай, я открыла окно. Раз так то путь и ветер будет.
- Я пью чай и ветер. Вот смешно.
- Если бы ты только знала, насколько. Пей и ложись спать, я поберегу тебя и укутаю одеялом. Но... могу я тебя попросить об одной вещи?
- Конечно попроси, я всегда сделаю то, что ты хочешь.
- Когда заберешься под одеяло, не смотри оттуда ночью. Мне бывает страшно от твоего взгляда.
- Но я же не буду видеть.
- Немножко не видь, хорошо? Пусть тебе тоже приснится сон. Я устала от того, что ты снишь эти сны мне. Ложись, я подоткну одеяло.
- Можно я свернусь калачиком?
- Ну... Если тебе очень хочется, то свернись.