April 16th, 2010

reading

***

Интересно, что, если бы сейчас по улицам вдруг прошлись танки, объединенные гопники, демонстрация да-кого-угодно или вообще никто никуда не пошел - общая картина бы покрылась только некоторыми незначительными пятнами краски, правда очень яркой, но все равно краски.
Они ходят и подписуют спаслания. Или не ходят и не подписуют спаслания. Президенту или наркомпрому, наркомобру или уползагу.
Тут по телевизору показали какой-то смех в большом городе, а там жирного ублюдка, то есть настолько натурального, что аж икнулось. Но фамилия у него, конечно, не для концлагеря. Так вот ублюдок очень интеллигентно смотрится. А я смеялся - когда-то настал день, в который перестали стесняться генералиссимуса Брежнева, потому что от него пахло стероидами и памперсом. То есть просто смотрели с удивлением и смеялись. Сегодня они не тянут на генералиссимусов. Польша покрылась свечами, и это немного сдвинуло земную кору - в Исландии прохудилось наличность. Здесь, у нас, в империи, так далеко от моря, дежурные гвоздики, брезгливо или растроганно со слезами футбольного фаната брошенные на труп в дешевом пиджаке - предел того. на что может рассчитывать глава, потому что он никогда не глава, он - наше все - кто яйца, кто правая рука, кто зашлёпка на затычке, кто язык, кто морская сопля нации.
Есть люди, которые выпьют стакан спирта и лизнут вассаби и смогут посадить самолет или закончить войну. Есть люди, которые могут выпить стакан спирта и лизнуть горчицы, и начать войну. Но разница не в этом - один в свитере, другой в ярко-красном галстуке и слегка недозастегнутой ширинке. Это деталь туалета, которая всегда есть - и даже если его идеально разгладили прямо перед выходом в эфир, все равно он член, хоть тресни - то ли академии, то ли ордена, но и тот и другой были переименованы два раза.
Забавно, я перестал бояться смотреть на то, как люди делают что-то не думая. Вот, когда они начинают думать - тут становится по-настоящему страшно. А вы боялись услышать зубовный скрежет? А так это он, только помадой по воротничку. Они делают выводы, они мыслят. Прежде хотелось иногда заткнуть уши и краснеть, теперь нет. Пусть говорят. От этого не шевельнется даже шерстинка на хвосте кота и не поднимется пыль на сухом асфальте. Но каждлму помещению, где они говорят, надо присваивать класс опасности - 1,2,3. Класс "0" - без изоляции и заземления.